Грех в твоей крови - Дана Мюллер-Браун

Я кричу, кричу глубоко в своей душе и почти ничего не слышу.

Хватка за волосы ослабевает, я поворачиваюсь, поднимаю свой меч, хватаю Лакроса за плечо и тяну его к себе. Притягиваю его тело к своему клинку. Я это чувствую. Мой меч пронзает его кожу, плоть, органы, я борюсь с отвращением. Когда он перестает двигаться, я выворачиваюсь из-под него и вытираю мокрое от крови лицо.

Сантос смотрит на меня так, будто я исчадие ада. Он отступает на шаг, когда я подхожу к нему и беру меч у одного из покойников.

– Что? Неужели ты боишься девушки, Сантос? – буквально выплевываю я ему в лицо и поднимаю меч. Это нелегко. Он слишком тяжелый. Клинок от героического меча, который сейчас находится в теле Лакроса, легче и удобнее в обращении. Королевские гвардейцы часто носят гораздо более крупные и тяжелые мечи, которые мне тяжело удерживать из-за небольшого роста. Но я это делаю. Из всех своих оставшихся сил.

– Боюсь? – весело спрашивает он, и только я собираюсь удивиться, как замечаю, что его взгляд на мгновение задерживается на чем-то позади меня. Но уже поздно. Я чувствую боль, и все вокруг чернеет.

Глава 23

Первое, что я слышу, прежде чем открываю глаза, – это плач Авиелл.

Я поднимаю веки и ищу ее глазами. Она сидит напротив меня. Связанная. Я пытаюсь подняться, но я тоже связана и сижу, прислонившись к шкафу. Мы в библиотеке Лирана.

Я вытягиваю шею, которая болит так нечеловечески, что я едва могу четко видеть.

Затем я вижу Сантоса, а рядом с ним Лакроса. Как он смог пережить нашу схватку? Он прижимает руку к ране, но она почти не кровоточит. Наверное, его исцелил какой-нибудь герой.

Я фыркаю от злости.

– Доброе утро, солнышко. – Он делано улыбается и смотрит на меня сверху вниз, будто я насекомое, которое он готов в любую секунду раздавить.

– Где Лиран? – спрашиваю я, обращаясь скорее к Ави, чем к двум князьям.

– Он сражается с ангелами, – шепчет она.

– Кто бы мог подумать, что ангелы однажды сделают нечто, что пойдет мне на пользу. Я всегда думал, что если они действительно воскреснут, то всех нас убьют, – довольно восклицает Сантос.

Я оглядываюсь по сторонам. Но здесь больше никого нет.

– Ты ведь так любишь игры, маленький герой, да? Давай снова сыграем в одну.

– Поцелуй меня в задницу! – выдавливаю я.

Он замахивается и бьет меня по лицу. У меня звенит в ушах. Его кольцо сильно поранило мне висок. Я сплевываю кровь.

– Игра будет называться «Та или другая».

Я сжимаю зубы и тяжело дышу. Где этот ангел, когда он так нужен?

– Считаю, что нам не хватает вида обнаженной кожи, – задумчиво говорит Лакрос.

– Так кто же разденется? Ты или она? – Он указывает на Ави, которая пронзительно вскрикивает.

Я смеюсь отчаянно и почти истерично.

– Ты знаешь, что я выберу.

– Правда? Откуда мне это знать? Ты ведь хотела украсть ее жизнь. Так почему сейчас вернулся твой инстинкт защитника?

– Ты бы все равно никогда ее не раздел, Лакрос. Даже ты не можешь себе этого позволить. Потому что мы оба знаем, что наступит завтра. К сожалению, и для тебя тоже. А она по-прежнему княгиня Истины и жена великого князя.

– Ну, тогда ты. Снимай все выше пояса!

Я показываю, что связана.

– Это нелегко сделать.

Он прищуривается и наклоняется ко мне. Хватает меня за лифчик и рвет его.

Я высоко поднимаю подбородок, игнорируя его похотливый взгляд.

– Как все это было бы красиво без этого отвратительного сердца, показывающего твою суть.

– Ах, так это мое сердце здесь черное, а не ваши? – Я смеюсь.

– Скоро ты забудешь, как смеяться.

Он вынимает нож из сапога и криво улыбается. Затем приставляет лезвие к моей груди.

– Это вырезание метки было твоей идеей, дорогая, так что спасибо за вдохновение, – злобно шипит он, врезаясь в мою плоть.

Я стараюсь не кричать, и несколько секунд мне это удается, но, когда он отрезает от меня два-три дюйма, а затем поднимает лоскут кожи в воздух, как трофей, я кричу во все горло. По щекам у меня льются слезы. Все тело дрожит.

– Больно? На что это похоже? М-м-м… – мычит он, покачивая головой. – Думаю, тебе было недостаточно больно.

Ави начинает рыдать. Но я ее почти не слышу, когда он продолжает резать.

– Еще одно движение, и я вырву твою грязную душу из тела, князь Сладострастия.

В комнате раздается голос. Такой сильный и властный, будто он способен остановить время.

Я поднимаю голову и вижу зеленые глаза архангела, который с ужасом на меня смотрит.

Почему он меня все время спасает?

– Отойди от нее! – выдавливает он сквозь стиснутые зубы.

Лакрос поднимается, но внезапно оборачивается и хочет всадить ему в горло кинжал. Рука ангела устремляется вперед, хватает его за шею и поднимает в воздух так быстро, что я едва успеваю разглядеть. У меня перехватывает дыхание.

– Ты безумная тварь, – говорит он потрясенно, полный ненависти и гнева, а затем сжимает руку. Я вижу вены на шее князя, они вздуваются, а потом лопаются. Брызжет кровь, и я на мгновение испуганно закрываю глаза. Где-то вдалеке слышны крики Сантоса. Выходит, он убежал. Но, похоже, ангелу на него наплевать, потому что в следующую секунду он опускается передо мной на колени.

– Навиен, – выдыхает он, собираясь выдрать перо с крыла, когда я качаю головой и едва заметно показываю глазами на Ави.

В этот момент понимаю, что больше не доверяю ей. Совсем. Ни на грош. Более того, я уверена, что она использует то, что узнает, против ангелов. То есть развяжет охоту на них, и все захотят поймать ангелов и украсть их перья. Я не могу этого допустить.

Он кивает, затем отрывает кусок ткани от своего плаща и одной рукой прижимает его к моей ране, а другой меня развязывает.

– Как ты нас нашел?

– Я шел по следам сражения. – В его голосе слышится уважение. – Перед этим ты тут славно потрудилась.

Когда я думаю о том, с какой легкостью я убивала, меня начинает трясти.

– Ее тоже развязать?

Когда я поднимаюсь с его помощью, то смотрю вниз, на Авиелл.

Несколькими